Смертельные поцелуи - Страница 40


К оглавлению

40

Эндрю побледнел.

– Сначала Эван… – прошептал он. – Но ты, Франческа, ты не можешь со мной так поступить.

Ничего нет в жизни сложнее, чем отвернуться от человека, которого боготворила, уважала и любила всю жизнь. В носу защипало, и Франческа всхлипнула.

– Я не могу больше здесь оставаться. – Она закрыла глаза, понимая, насколько велика ее боль. – Я перееду к Конни.

Джулия громко вскрикнула:

– Франческа! Ты не можешь!

Она грустно улыбнулась матери:

– Я очень люблю вас обоих. Но у Харта трудный период в жизни. Я не предам его из-за временных проблем. Мне очень хотелось, чтобы вы оба меня поддержали. Но раз вы не можете, то да, я ухожу из дома.

Джулия опустилась прямо на ступеньку и закрыла руками лицо.

Эндрю не пошевелился.

– Франческа, я твой отец. Никто, никто не любит тебя больше меня!

– Я тоже очень тебя люблю. – Она прижалась к отцу и поцеловала его в щеку. – Когда мы с Хартом поженимся, вы будете самыми дорогими гостями в нашем доме. – Франческа поняла, что не сможет подняться к себе, чтобы переодеться. Она обязана скорее уйти, пока еще может сдерживать слезы.

Франческа развернулась и направилась к выходу, чувствуя на себе осуждающие взгляды шокированных родителей. Она улыбнулась лакею у дверей и внезапно поняла, что он слышал каждое слово их разговора.

– Скажите Раулю, чтобы ждал меня у Харта, – произнесла она дрожащим голосом. Сейчас она не в состоянии полчаса ждать, пока приготовят карету; она возьмет кеб.

– Франческа, – бросилась к ней Джулия.

Она повернулась и крепко обняла мать:

– Не переживай, мама. Все скоро кончится. Вот увидишь.

– Ты уверена?

– Да, я уверена, – отчетливо произнесла Франческа.

Глава 12

Среда, 4 июня 1902 года. 21:00

Франческа оглядела красивое, внушительных размеров здание и, дрожа всем телом, направилась к входу в особняк Харта, по обеим сторонам которого возвышались каменные фигуры львов. Она даже представить не могла, что порвет с Хартом, хотя понимала, как невыносимо ранила Эндрю и Джулию. Что ж, у нее не оставалось выбора.

Франческа медленно поднялась по ступеням, в душе она уже представляла, как бросится в объятия Харта и расскажет о том, что с ней произошло. Она всегда ощущала себя защищенной, когда ее обнимали эти сильные руки. Впрочем, сейчас Франческа не представляла, какой прием ее ждет. Даже если Колдер будет рад ее видеть, он полностью поглощен собственными проблемами, и дополнительные трудности могут лишь больше его расстроить. Франческа пришла к выводу, что не стоит посвящать Харта в события последнего часа, кроме того, их встреча, скорее всего, будет непростой. Ей понадобится вся сила воли и уверенность в своих силах.

С трудом уняв дрожь, Франческа постучала. Открывший дверь Альфред, кажется, совсем не был удивлен ее появлением, она решила, что Харт не сообщил дворецкому, что помолвка расторгнута. Харт мог вообще никому не сказать ни слова. Это было бы для нее большим облегчением.

Альфред пригласил ее пройти в огромный холл, и только там, при свете массивной люстры, Франческа заметила, как он встревожен.

– Я знаю, что уже поздно, но мне необходимо поговорить с Колдером. Альфред? Что-то случилось?

– Боюсь, что да, мисс Кэхил, – очень серьезно ответил тот. – Мистер Харт. Он в одном из своих «состояний».

– Каких «состояний»? – нервно спросила Франческа.

Когда она познакомилась с Хартом, дворецкий посвятил ее в одну из тайн хозяина. Временами Харт отпускал всю прислугу и оставался один во всем доме. Беспокоясь за него, Альфред не уходил, а скрывался в помещениях при кухне. Харт, не подозревавший об этом, бродил по залам особняка и напивался. Франческа до сих пор не могла понять, что становилось причиной столь странного, на ее взгляд, поведения.

Разумеется, Альфред не раз оказывался свидетелем проявлений странного нрава хозяина, его необъяснимого желания остаться наедине с собой. Франческа сомневалась, что Харт решится отпустить прислугу и погрузиться в алкогольное забытье, когда в доме много гостей. Но, с другой стороны, никогда не знаешь, что от него ожидать.

– Трудно объяснить, мисс Кэхил. Сегодня он не ездил в контору. Большую часть дня провел в библиотеке, никого к себе не пускал, отказал всем посетителям, кроме одного. Боюсь, он решил напиться. Мистер Харт очень расстроен. Вечером он удалился к себе в комнаты, и больше я его не видел и не слышал. Я поднялся к нему с ужином, но он не открыл дверь, и я не посмел войти.

Франческа не на шутку занервничала.

– Он был сильно пьян, когда поднялся к себе?

– Мистер Харт умеет держать себя в руках. Я бы сказал, нет, он не производил впечатления очень пьяного человека.

– Кто к нему приходил?

– Ваша сестра.

Удивление Франчески сменилось настороженностью. Если Конни обсуждала с Хартом их отношения, значит, положение дел еще хуже, чем она предполагала. Такое впечатление, что весь мир настроен против их совместного будущего.

– Кто из семьи сейчас в доме?

– В такой-то час? Никого. Думаю, мистер Рурк вернется много позже. О мистере Д’Аршане ничего сказать не могу, но он всегда приходит за полночь. Мистер и миссис Брэг вернутся только на следующей неделе.

Франческа лихорадочно думала, как поступить, но Альфред заговорил первым:

– Мисс Кэхил? Я сказал полиции все, как вы просили. Однако я читал газеты. Мы все читали. Насколько серьезны проблемы мистера Харта?

Франческа мгновенно забыла о своих тревогах.

– Альфред, – она старалась говорить, как можно спокойнее, – Харт невиновен, и я это докажу. Я тронута, что вы так за него переживаете. Спасибо вам за преданность.

40